Право детей нынче — демократия, ради которой можно все.

Давайте сразу обозначим аксиомы (с точки зрения и закона, и статистики, и здравого смысла):

  1. Семья — самое безопасное место на земле и для детей, и для взрослых.
  2. Ребенку лучше всего с семьей, а не с чужими дядями-тетями. Ему лучше всего в родном доме, а не в казенном учреждении или у чужих людей.
  3. Семей, в которых ребенку по-настоящему угрожает опасность для жизни и здоровью, — ничтожно маленький процент.
  4. Право ребенка неотделимо от права родителей, потому как именно родители — самые главные защитники ребенка, и именно они больше всего заинтересованы в его защите.
  5. Каждая семья организовывает свой быт и режим, исходя из собственного удобства, традиций и кошелька.
  6. Семья не нуждается в контроле и указаниях, как ей жить.

 

 

 

 

 

 

Банальность? Как бы не так!

Напишу список типичных высказываний при обсуждении семейных тем:

Наши соседи \ в нашем дворе\ в соседнем районе живет семья, у которой дети в черти-каком-виде, родители пьют — шумят. Почему к ним опека не приходит?

Вы знаете, что у них в доме хлев, спят на полу, одежда не в шкафах, на кухне бардак. Как дети могут жить в таких условиях? Нужно обратить на семью внимание.

Дети школу не посещают! Где они ходят? Что они делают? Родители не заинтересованы в образовании!

Дети учатся дома — по каким программам? Хорошо ли учатся? Может они страдают от того, что не социализированы и получают мало знаний? Нужно проконтролировать процесс.

Мать на ребенка орет \ мать с ребенком молчит \ мать ребенка не развивает \ мать задолбала развивать ребенка. Ребенок гуляет один — подвергнут опасности \ ребенок всегда с матерью и страдает от гиперопеки. Куда смотрят органы профилактики?

Если вы не можете обеспечить ребенка, то зачем рожаете? (От региона к региону уровень «обеспеченности» меняется, кстати. В более богатых регионах в «обеспечить» уже включают ежегодные поездки на море и элитное доп.образование).

А почему они к себе в дом не пускают? Скрывают что — либо? Лично мне скрывать нечего — пусть все приходят и смотрят.

Всё из семьи (подразумевая плохое)! Ребенок на всю жизнь будет изуродован, поэтому его нужно поместить в другую среду, где его смогут научить жить иначе. Дать альтернативу, так сказать.

Что мы видим? По моему глубочайшему убеждению — дворовую лавку! Но лавку в неком государственно-учрежденческом масштабе.

Вот сидят пожилые леди на лавочках, активно включенные в окружающий мир и имеющие свободное время. С леди нужно уважительно здороваться, смиренно показывать свою сумку из магазина: «Вот, свининки взяла 240 рублей за кг, сейчас котлет накручу. Петенька выздоравливает, Васенька учится хорошо, Наденька мужа нашла себе хорошего».

Сказать пожилой леди: «А какое твое дело, бабка, что я ем и как живу?» — нельзя. Леди будет звонить-вызывать-сигналить-записывать. Следить за порядком, так сказать и с каждым кругом собирать все больше «сведений» про семью. И ты пожнешь такие проблемы, что проще тихонечко продолжать показывать свои сумки и смиренно выслушивать замечания. В некоторых случаях бабку рекомендуется «кормить» возбуждающей информацией.

Так-то с группой Антонин Михайловен все более или менее ясно — они все-таки свои, всегда тут сидели, да и какими мы будем на старости лет?.. Меня же будоражит — каким образом они оказываются плотно рассаженными в органах профилактики и органах попечительства.

А оказываются они там, потому что а) вся система требует от них такого поведения и «выдавливает» тех, кто мыслит иначе; б) потому что само общество (не без помощи заинтересованных, о которых позже) одобряет такой подход.

Представим себе, что опеки и иже с ними напишут «наверх» отчет, что на их территории все хорошо. Или может не хорошо, но по закону шарить по чужим домам они не могут. И то, что Василий Иванов из 7«В» класса плохо посещает школу — дело семьи Ивановых. А то, что в семье Петровых конфликт — не повод врываться во все семьи муниципального района. И на профилактические лекции к ним никто не пришел. Поэтому они были заняты исключительно имущественной защитой прав детей, оставшихся без попечения родителей.

После такого отчета их вызовет тяжелая тетенька из «верха». И популярно объяснит, что ей тоже надо отчитываться о проделанной работе, а потом ее может вызвать очень тяжелый дяденька из «еще большего верха». И то, что пожилая леди Антонина Михайловна строчит письма к Президенту и в Спортлото. И то, что ТАКАЯ работа может быть сигналом к тому, что службу надо сокращать-увольнять. И они все перестанут быть уважаемыми начальниками, перестанут грезить возможностью попасть в Министерство, их жизнь изменится, их дети будут под угрозой жизни с безработными родителями.

Т.е., скажем откровенно, если выполнять закон, то такие службы населению, в общем-то, будут не нужны. А помощь семьям, конечно же, нужна. Это, как правило, работа для родителей, нормальная обстановка в школах, это безопасная улица, это проблема аварийного жилья и т.п. И это всегда дополнительная ответственность и хождение в народ с вниканием в каждую ситуацию.

Чтобы решать эти проблемы надо идти договариваться, сориться с другими ведомствами, напрягаться, вникать. Кроме определенного психотипа, который способен этим заниматься, требуется и большой объем знаний в разных областях, и желание эти знания получать.

Но почему-то исторически так сложилось, что чиновники, работающие с людьми, чаще всего самая некомпетентная и плохо обученная группа специалистов. Они почему-то искренне считают, что должность осеняет их особыми знаниями, передающимися воздушно-корочкиным путем. Ни в среде врачей, ни среди инженеров или производственников я такой чудесной наглости не встречала.

Решение реальных проблем семей — это ведь расходы для бюджета. И расходы часто какие-то нежелательные, что ли… Это значит, что какие-то неродные, возможно неприятные и недостойные люди получат блага. Да и вообще, этим должно заниматься другое ведомство, а наша задача — спасти\сохранить\увеличить свое ведомство.

А если ведомство совершает незаконные действия и нарушения? О! это всегда напряжение руководства Администраций, Глав районов и по цепочке дальше. Ведь как оно работает? Опять вызов на «верх», тяжелый вопрос в лоб: «Что у вас происходит, устранить немедленно и чтобы я об этом не слышал». А если дело выходит за пределы региона — так вообще неприятно — это уже вопрос к Губернатору. Президенту! Системе! Все становится нервно и не так, для чего мы тут все сидим.

И пошли чиновники поменьше суетиться и набрасывать новые статьи на семью. Не со зла, а для защиты своего ощущения компетентности и для возможных объяснений с «верхом». Но иногда и со зла – ишь, ты умные все пошли!

Отказались от помощи («Помощь» — это ваши профилактические беседы и списки рекомендаций по ремонту?).

В квартире недостаточно всякого (Загадочные глаза, чтобы возбужденные граждане в меру своего воображения додумали).

Дети плохо учились и родители не имеют контакта со школой (Срочно требую аттестатов о школьном образовании всех обвинителей!).

«Там такие обстоятельства, а которых мы вам не скажем, но поверьте — это нечто ужасающее» (Воображение начинает работать на полную катушку).

И — козырное — ПРОСТО ТАК мы бы к семье не пришли. (Антонина Михайловна считает также, кстати, когда выходит на тропу войны с семьей у себя во дворе).

А в чем может быть виновата семья по отношению к ребенку? По настоящему виновата? Об этом в законе есть: непосредственная и доказанная угроза его жизни и здоровью.

Не воображаемая. Не — «А вдруг там что-то может произойти». Не — «А в интернате детям будет сытнее». Не — «Они живут, как не принято». Не — «а курточка у него тоненькая и на ужин они едят макарошки».

Вина родителей тоже должна быть доказана. И должно быть доказано, что именно действия родителей угрожали ребенку.

Не воображаемые. Не — «Он прогуливает школу и плохо учится, значит это родители виноваты». Не — «17 летний выпил в кампании, родители не усмотрели». Не — «качался на качелях, упал, а родителей не было рядом, значит виновны». Не — «воспитали они его в семье так!»

Самое интересное, что при рассмотрении каких либо других дел подобный принцип применяется. В случае ДТП, например, выезжает бригада специалистов и дотошно выясняет вину\невиновность участников. В случае с семьями — этого чаще всего не происходит… А почему не происходит? Что, кроме специфической работы ведомств, влияет на такой подход?

Перейду к пункту: б) потому что само общество (не без помощи заинтересованных, о которых позже) одобряет такой подход.

Внутри многих из нас живет шустрая пожилая леди. Вообще, нынче процветает культ Антонин Михайловен, активно подогреваемый рядом СМИ, специально обученными НКО и общей повесткой дня.

Есть активные НКО, общественные объединения-организации, активисты, которые решают дела так сказать «по-семейному». Они знают-любят свой район, знают каждую семью, разъезжают, помогают, сбрасываются на помощь, кричат в администрациях, пробивают, договариваются, крутятся, шумят. Между собой они могут обсудить друг друга, но, как правило, выступают единым фронтом в защите родительских и семейных прав. Эти организации финансирования со стороны не получают. Более того, получать гранты или заниматься еще чем-либо подобным им, как правило, некогда. Власти определяют их «волонтерами» и зовут на очередной праздник для отчетности, если сами не успели праздник организовать. Во власть такие организации, как правило, пускают неохотно — уж больно шумные и любят ломать заведенный порядок вещей.

А вот НКО другой направленности деньги получают. Особенно любимы: выявление неблагополучия и рисков на раннем этапе развития и службы сопровождения семей. Все эти программы касаются в основном того, как бы шустро влезть во все семьи и массово всех отпрофилактировать по программам НКО. Массовость очень нужна. На работу с отдельной семьей Петровых денег никто не выделит. А вот если мы объявим ВСЕ семьи потенциальными источниками угрозы для детей — то и деньги, и власть совсем другие.

На одном из круглых столов услышала жалобу одной НКО. Звучала она так — мы получили грант, по которому должны оказать помощь жертвам насилия. А народ к нам не приходит за этой помощью. Как отчитаться при таком раскладе не знаем. А можно ли ввести такой закон, чтобы все ЗАГСы скидывали нам инфу про разводы и мы могли бы приходить в эти семьи и всех «лечить»?

СМИ активно включаются в процесс, некоторые за деньги, другие по скудоумию, третьи – между делом. Ведь если мы покажем новости о том, что миллионы семей сегодня поцеловали своих детей и помогли выучить уроки — никто эти новости смотреть не будет — это слишком обычная жизнь. А адский сюжет с единичным по стране случаем — это уже целый Малахов и НТВ.

А дальше включается сценарий «11 сентября». Случилось у полпроцента населения — перенесем это на все семьи нашей страны!

И у нас будут корректные ответы для взволнованной общественности. Получили доступ до переписки граждан? 11 сентября! Пытали, нарушили закон, давили, прессовали — 11 сентября. Разгромили очередную страну — 11 сентября! Ввели санкции, ужесточили требования — 11 сентября. И Скрипали.

Службы ликуют — вот она их работа и обоснование их существованию, НКО рады финансированию и тихому захвату власти. Психологи имеют работу.

«Вы же знаете, что всё-всё-всё из семьи? Один мужчина навеки сломал себе жизнь, когда папа его не похвалил. У тебя проблема с мужчинами? — это потому что когда-то твоя мать…» И множатся-множатся тревожно-родительские паблики.

Современный родитель должен быть очень тревожным. За этим тоже следит целая индустрия.

Родители должны разговаривать со своим чадом сахарным голосом и орать на него, только если этого просит педсостав. Рожать можно далеко не всем — выкатывается список в основном материальных благ. Помните, любое ваше слово-действие-бездействие принесет вашему ребенку невероятную травму! Мама должна одновременно делать карьеру и быть всегда рядом с деточкой. Папа должен быть слюнтяем и, одновременно, защитником семьи, а также рабом отдельных капризов своего чада. На детей никак нельзя давить, но они должны в 3 года говорить на 3-х языках и активно чемпионить. Вы кормите своего ребенка фуагра из лобстеров и покупаете ли ему дорогостоящие витамины? Нет? И кто вы после этого?

На фоне этого государство требует рожать. НКО и службы рвутся «защищать». Психологи жаждут «оказывать помощь». Законодатели — ужесточать.

Страшно представить — как же наши предки тысячелетия жили без сопровождения, контроля и ценных указаний?

Ужас в том, что многим нашим гражданам такой подход кажется правильным. В пабликах обсуждается — есть ли ремонт в квартире у Киселевых и достаточен ли он. И люди ли Киселевы после возможного бардака в квартире? А папа, верящий в СССР, — опасен ли для семьи? А дети достаточно ли чистые и умные?

Уполномоченный, вместо того, чтобы писать письма в прокуратуру и инициировать проверку органов опеки и профилактики, рапортует, что семья «исправляется», т.к готова работать с психологами. Возмущается, что семья не пришла к нему раньше — он обеспечил бы психологов работой пораньше?

«Скорее всего, всё не просто так» — кивают некоторые люди. А то, что опека выдвинула незаконные требования к родителям, и суд, который прошел без Киселевых, без свидетелей защиты, с чрезвычайной скоростью принятия решений, — «так не бывает» или «ну случилось так, но вернуть назад ничего нельзя».

Воображение работает, страхи, любопытство и грех осуждения получают пищу «За НАМИ никто никогда не придет — я хороший. А процессуальные нарушения и незаконные действия — это потому что 11 сентября; Вот был один сюжет, так там… наверное и здесь нечто похожее. У нас вот есть соседи, которые очень странные — дети орут постоянно, она не работает, надо и к ним опеку отправить…».

Право ребенка, декларируемое Конвенцией о правах ребенка (и собственно оттуда и появившееся) звучит так:

«…убежденные в том, что семье как основной ячейке общества и естественной среде для роста и благополучия всех ее членов и особенно детей должны быть предоставлены необходимые защита и содействие, с тем чтобы она могла полностью возложить на себя обязанности в рамках общества,

признавая, что ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви и понимания.

Государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства».

С горечью и тревогой констатирую, что вместо этого права ребенка нынче используются для контроля над семьей и как рычаг давления на нее. И ребенок уже без защиты и без прав. Зато сытый по СаНПиНам.

Антонина Михайловна улыбается.

 

 

Александра Машкова, координатор CitizenGO Россия

63я сессия КПЖ ООН. Зачем мне о ней знать?

Прямо сейчас в Нью-Йорке проходит 63-я сессия Комиссии ООН по положению женщин.

«Ну, идет и идет, там все время что-то ходит. Нам-то что?» – скажет нормальный человек. Тем более, что наши СМИ как-то не особо освещают данное мероприятие.

Вот поэтому придется рассказать об этом мне.

Рассказывать буду простыми и понятными словами. Заодно отвечу на частый вопрос подписчиков: откуда у нас возникают Уполномоченные по правам детей, такие как небезызвестный г-н Сараев из Карелии.

Если примитивно объяснять, то страны ООН собираются вместе для того, чтобы вырабатывать некие общие правила и совместно решать некие важнейшие, мировые задачи. Члены ООН «приглядывают» друг за другом и ээээ….общей массой могут наказывать, если какая –либо страна ведет себя не по инструкции, которую утвердили.

В ООН есть Комиссия по положению женщин (КПЖ) – одна из международных структур при Экономическом и социальном совете ООН (ЭКОСОС). Когда-то КПЖ была создана с весьма благой целью: координировать усилия стран по облегчению положения женщин в мире.

Это весьма актуальная задача, между прочим. В нашей стране она была решена еще в начале 20ого века, когда женщины получили все права наравне с мужчинами. А во многих странах мира участь женщин весьма печальна – они не имеют доступа к чистой воде, голодают, их могут закидать камнями, их права как матери и жены не защищены, они не имеют доступа к образованию и т.д.

Как это работает?

Процедура выглядит так: бюрократия ООН до мероприятия создает черновик (драфт) итогового документа. На процесс создания особенно влияют лоббисты и те страны, которые особенно щедро финансируют ООНвскую бюрократию.

Потом проходят мероприятия, на котором участники дискуссируют. Этот процесс выстроен таким образом, что наибольшее влияние на переговоры имеют финансово обеспеченные члены, которые могут позволить себе содержать большие делегации. Т.е. если ваша страна хочет принимать участие на всех площадках (которых великое множество), – вы должны прислать действительно большую делегацию, а это невероятно дорого. Бедные Африканские страны, например, позволить себе это не могут, потому как нужно суметь оказывать влияние на 80 000 бюрократов (там их столько — да)!

При этом, хочу отметить, что именно Африка более других нуждается в помощи. И особо циничные эксперименты над населением проходят именно в ней.

Непосредственно в обсуждении участвуют делегации государств, а различные НКО общаются с ними и занимаются прямым лоббированием. Договариваются, угрожают, обещают и т.д. Следовательно, чем богаче НКО, тем она может быть более успешна в переговорах. Особенно, если НКО поддерживается каким-либо государством.

Часто на государства оказывается серьезное давление более могущественными государствами. Например, принуждают согласиться на включение в документ «права» на аборт.

Кстати, во время этой сессии министр иностранных дел одного из европейских государств специально прилетел в Нью-Йорк, чтобы уговорить одну из влиятельных в регионе, но небогатую африканскую страну согласиться не настаивать на исключении ссылок на аборты. Он угрожал, что в ином случае откажется оказывать стране финансовую помощь. Это совершенно обычная практика – увы.

Годами и бюрократами выработан специальный птичий язык общения. Обыватель просто не сможет понять, что там имеется в виду на самом деле! Так, например, свободный доступ к абортам зашифрован под «неограниченный доступ к сексуальному и репродуктивному здоровью». Все же за доступ к здоровью? А в реале разрешаем и продвигаем аборт!

От чего основное волнение?

В данный момент в КПЖ продвигается следующее:

  • «сексуальная ориентация и гендерная идентичность» (термины, используемые для навязывания государствам мира признания однополых «браков» и партнерств, «права» на смену пола детьми без согласия родителей, «ЛГБТ»-идеологии);
  • обязательные программы «всеобъемлющего сексуального образования» детей (подробнее тему можно изучить здесь);
  • признание аборта основополагающим правом человека;
  • свободный доступ к аборту для всех женщин и девочек во всем мире;

Именно эта мерзость продвигается, как помощь женщинам. Особо подчеркну, что известные НКО не будут помогать раздачей хлеба голодным (в чем они реально нуждаются), но с радостью отстроят абортарии!

Потому что голод и образование их не интересуют, зато есть интересы международного лобби и групп, которые зарабатывают деньги на этих темах. Огромные деньги и невероятное влияние!

(Или кто-то еще продолжает думать, что права и проблемы гомосексуалистов искренне и по-настоящему интересуют кампании и корпорации?).

А можно пример?

Кстати, институт Уполномоченных по правам ребенка, в общем-то, создавался точно по такой же схеме. Подлинные права ребенка никого не интересовали. А вот создание независимой структуры, которая будет вмешиваться в семьи и регулировать законодательство, якобы спасая детей, – это невероятно действенный и полезный инструмент! Тем более, что обучать таких специалистов будут те, кто надо. Не мы. И не в наших интересах.

В нашей стране Уполномоченных, как должность, серьезно подрезали в возможностях, но это не отменило возможности появления среди них негодяев (оценочное суждение), которые просто опасны для наших семей. Вот, скажем, наш г-н Сараев (Карелия), как можно убедиться, не видит особой разницы между детским лагерем и детдомом.

Кстати, это типичный взгляд на «наилучшие интересы ребенка», после прохождения соответствующего обучения.

Власть же, общаясь с такими «УПыРями» ((с) народный фольклор), укрепляется в своем желании лезть в семью (чиновник всегда предпочитает или лезть весь, или не лезть вообще и никак). Это предсказуемый итог, ведь к кому пойдет власть советоваться? Очевидно к специалисту, который по должности обязан знать, что нужно детям страны.

Вариант, что только родитель знает, что нужно ребенку – уже опровергнут и дискредитирован. Посмотрите СМИ: дети – «маугли», родители –насильники и садисты, травмы, ненависть, «опека должна иметь доступ в любую семью»!

В итоге то, что «нужно» нашим детям, начинают определять опасные международные структуры. Если бы я хотела бы захватить мир, я бы действовала так же – это гениально!

Вернемся к 63ей сессии ООН.

Прямо сейчас Энн Киоко, Грегори Мерц и Дэвид Кук сражаются за нас с вами. Это представители CitizenGO из разных стран мира (Кения, США, Канада), которые могут там действовать, потому что наша организация смогла добиться аккредитации в ООН.

Выложу фото умницы, лапушки Энн. Я безмерно уважаю ее – она боец и прекрасный человек! Поделюсь внутренней информацией, что на появление отделения в Африке косвенно повлияло российское отделение CitizenGO (где работаю я).

Кстати, один из сайтов Сороса о нашей деятельности и взглядах обычного российского человека (а именно эти взгляды и отстаивает сейчас Энн в ООН) пишет так:

«За этой позицией стоят около 25 стран, в том числе страны с мощными религиозными сообществами и бывшие социалистические государства, такие как Россия и страны Восточной Европы. Позиции США теперь, похоже, совпадают с этой группой, которая также поддерживается рядом крупных и громких ультра-консервативных организаций гражданского общества, включая C-Fam, CitizenGO и Международную Организацию в защиту семьи.

Эти страны и НКО, которые, как правило, выступают против сексуальных прав, сексуального образования для подростков и репродуктивных прав, оспаривают слово «гендер» в итоговом документе, отдавая предпочтение бинарному слову «женщины и мужчины». Они утверждают, что «традиционная» гетеросексуальная семья является единственно приемлемой и что гетеросексуальный брак является контекстом для секса, воспитания детей, старения и связанных с ними потребностей в уходе».

Вы сейчас прочитали текст, наполненный руганью и осуждением, если что. Для промытого мозга этот текст звучит примерно так:

“Империя зла во главе с ужасающими сателлитами, по благословению фашиствующей Церкви хотят уничтожить наши (анти)«ценности»!!! И США туда же. Трамп – агент Кремля”.

И это совсем не смешно, хотя в данную секунду смешно. Потому как этот заход будет активно использоваться для шантажа и прочих угроз в ходе переговоров. Например, в США скажут, Трамп = Кремль, а у нас то, что мы «продались Западу».

________________________________________________________________________

Скоро мы сможем увидеть некое оживление в наших соцсетях. Будет вброс, который подхватят специальные СМИ, а потом к ним присоединятся глупые журналисты. Специальных знаний у новой журналистской тусовки не много, понимания специфики нет – они будут кричать за «профилактику» семейного насилия и необходимость введения секс-просвета в школах. Будут хихикать над феминистками и…приучат нас к ним.

Вот типичная статья. Если кратко, то «девчата-феминистки» к КПЖ пишут, что таки нам очень нужен гендер, секспросвет и аборты. И пользуясь придуманными ими же цифрами, объясняют почему.

Когда-нибудь я пройдусь и по «Сестрам», и по «Анне», и по другим персонажам, которых они упоминают.

Вот такие дела с ООН.

На прошлой неделе мы передали вот это обращение в МИД, в котором попросили нашего Представителя в ООН ни в коем случае не поддерживать разрушительные пункты из итогового документа. Число подписей, кстати увеличилось до 148.000

Небендзя обращение ООН 63

Вчера я относила в МИД обращение уже лично. Надеюсь, что мы будем услышаны.

Ко мне присоединились и оказали всяческую поддержку: Гузель Гурдус, директор «Центра поддержки семейного образования»; директор Фонда «Женщины за жизнь» Наталья Москвитина (ведущая телеканала «СПАС») и Ульянов Алексей (эксперт по вопросам антимонопольной и демографической политики).

Что нам всем делать глобально и прямо сейчас? Искать грамотных журналистов. Искать представителей власти и бизнеса, которые хотят защищать наши семьи (а значит нашу страну) по-настоящему. Рассказывать – показывать – убеждать – распространять информацию. Учиться разбираться в законах, причинах и следствиях. Держаться всем вместе. Знать каждую гадину в лицо. Продвигать своих.

Подлинные ценности надо защищать. Это война.